Elias Lönnrot
Перевод: Эйно Киуру и Армас Мишин.
Runot        Песни

  Seitsemäs runo   Песнь седьмая
  Kotka pelastaa Väinämöisen
Pohjolan rannalle.
Pohjolan emäntä Louhi
hoivailee häntä.
Päästäkseen kotiin
Väinämöinen lupaa
seppä Ilmarisen takomaan
Pohjolaan sammon.
Takojalle luvataan
palkkioksi Pohjolan neito.
  с. 1 - 274. — Много дней
плавает Вяйнямёйнен
в открытом море.
Его увидел орёл и в
благодарность за то,
что Вяйнямёйнен оставил
расти для него берёзу среди
пожога, взял его к себе
на спину и отнёс к берегу
Похьолы. Вяйнямёйнена
подбирает хозяйка Похьолы,
приводит к себе домой и
хорошо с ним обходится,
 с. 275 - 322. — Вяйнямёйнен,
однако, скучает по своим
краям, и хозяйка Похьолы
дает обещание не только
отправить его домой, но и
выдать за него свою дочку,
если он выкует для Похьолы сампо,
с. 323— 368. — Вяйнямёйнен
обещает послать к ней
кузнеца Илмаринена, чтобы
тот выковал сампо,
и получает от хозяйки
Похьолы и сани, и лошадь,
чтобы поехать домой,


  Vaka vanha Väinämöinen   Вековечный Вяйнямёйнен
  uipi aavoja syviä;   по морским плывёт просторам;
  kulki kuusisna hakona,   пнём качается еловым,
  petäjäisnä pehkiönä   движется сосновым кряжем,
  kuusi päiveä kesäistä,   по волнам шесть дней кочует,
  kuusi yötä järkiähän,   летних шесть ночей блуждает,
  eessänsä vesi vetelä,   впереди — лишь зыбь морская,
  takanansa taivas selvä.   позади — лишь свод небесный.
 
   
  Uip' on vielä yötä kaksi,   Так еще провёл две ночи,
10    kaksi päiveä pisintä.   так два дня проплавал долгих
  Niin yönä yheksäntenä,
  Вот уже девятой ночью
  kaheksannen päivän päästä   через восемь дней, пожалуй,
  toki tuskaksi tulevi,
  стало тягостно бедняге,
  painuvi pakolliseksi.   тяжело, невыносимо —
  Kun ei ole kynttä varpahissa
  на ногах исчезли ногти,
  eikä sormissa niveltä.   стерлись на руках суставы.
 
   
  Siinä vanha Väinämöinen
  Вот тогда-то Вяйнямёйнен
  itse tuon sanoiksi virkki:   произнес слова такие:
  "Voi minä poloinen poika,
  «Ах, какой я разнесчастный,
20    voi poika polon-alainen,   разнесчастный, горемычный,
  kun läksin omilta mailta,
  зря родимый край покинул,
  elomailta entisiltä   прежние места оставил,
  iäkseni ilman alle,
  чтоб в ненастье оказаться,
  kuuksi päiväksi kululle,   в море день и ночь качаться,
  tuulen tuuiteltavaksi,
  чтоб меня баюкал ветер,
  aaltojen ajeltavaksi   бурные гоняли волны
  näillä väljillä vesillä,
  по открытым этим водам,
  ulapoilla auke'illa!   по широкому простору.
  Vilu on täällä ollakseni,
  Здесь мне зябко, неуютно,
30    vaiva värjätelläkseni,   тягостно, невыносимо
  aina aalloissa asua,
  постоянно жить на волнах,
  veen selällä seurustella.   на морском хребте качаться.
 
   
  "Enkä tuota tieäkänä,
  И совсем мне неизвестно,
  miten olla, kuin eleä   как мне быть и что мне делать
  tällä inhalla iällä,
  в этом возрасте преклонном,
  katovalla kannikalla:   в иссякающие годы:
  tuulehenko teen tupani,
  на ветру ль свой дом поставить,
  vetehenkö pirtin veistän?   на воде ль срубить избушку?
 
   
  "Teen mä tuulehen tupani:
  На ветру свой дом поставлю,
40    ei ole tuulessa tukea;   ветер — зыбкая опора;
  veistän pirttini vetehen:
  на воде срублю избушку —
  vesi viepi veistokseni."   унесёт избу волною».
 
   
  Lenti lintunen Lapista,
  Вот летит из Лаппи птица,
  kokkolintu koillisesta.   вот летит орёл с восхода.
  Ei ole kokko suuren suuri
  Не из самых он огромных,
  eikä kokko pienen pieni:   птица не из самых малых.
  yksi siipi vettä viisti,
  Бил одним крылом по морю,
  toinen taivasta lakaisi,   ударял другим по небу,
  pursto merta pyyhätteli,
  вод морских хвостом касался,
50    nokka luotoja lotaisi.   клювом колотил по лудам.
 
   
  Lenteleikse, liiteleikse,
  Полетал он, покружился,
  katseleikse, käänteleikse.   осмотрелся, пригляделся —
  Näki vanhan Väinämöisen
  Вяйнямёйнена приметил
  selällä meren sinisen:   на морском пространстве синем:
  "Mit' olet meressä, miesi,
  «Что ты делаешь средь моря,
  uros, aaltojen seassa?"   как на волнах оказался?»
 
   
  Vaka vanha Väinämöinen
  Вековечный Вяйнямёйнен
  sanan virkkoi, noin nimesi:   произнес слова такие:
  "Sit' olen meressä miesi,
  «Вот что делаю средь моря,
60    uros aaltojen varassa:   как на волнах оказался:
  läksin neittä Pohjolasta,   ехал я за девой в Похью,
  impeä Pimentolasta.   в Пиментолу — за невестой.
 
   
  "Ajoa karautime
  Ехал знай себе неспешно
  suloa meryttä myöten.   по морской спокойной глади.
  Niin päivänä muutamana,
  Вот в один из дней прекрасных,
  huomenna moniahana   спозаранок как-то утром
  tulin Luotolan lahelle,
  прибыл я к заливу Луото,
  Joukolan jokivesille:   к устью Йовколы приехал —
  hepo alta ammuttihin,
  подо мной коня убили,
70    itseäni mielittihin.   самого убить хотели.
 
   
  "Siitä vierähin vetehen,
  Вот я и свалился в воду,
  sorruin sormin lainehesen   пальцами уткнулся в волны,
  tuulen tuuiteltavaksi,
  чтоб меня баюкал ветер,
  aaltojen ajeltavaksi.   чтоб меня гоняли волны.
 
   
  "Tulipa tuuli luotehesta,
  Тут дохнул северо-запад,
  iästä iso vihuri;   тут восток свирепо дунул,
  se mun kauas kannatteli,
  далеко меня умчало,
  uitteli ulomma maasta.   унесло в просторы моря.
  Mont' olen päiveä pälynnyt,
  Много дней я здесь блуждаю,
80    monta yötä uiksennellut   много здесь ночей кочую
  näitä väljiä vesiä,
  средь морских просторов вольных,
  ulapoita auke'ita;   средь раздолья вод широких.
  enk' on tuota tunnekana,
  Я совсем теперь не знаю,
  arvoa, älyäkänä,   не догадываюсь даже,
  kumpi kuoloksi tulevi,
  что за смерть меня настигнет,
  kumpi ennen ennättävi:   что за гибель будет раньше:
  nälkähänkö nääntyminen,
  то ль умру голодной смертью,
  vai vetehen vaipuminen."   то ли под водою сгину».
 
   
  Sanoi kokko, ilman lintu:
  Тут сказала птица неба:
90    "Ellös olko milläskänä!
  «Не горюй ты, не печалься,
  Seisotaite selkähäni,
  заберись ко мне на спину,
  nouse kynkkäluun nenille!   стань у основанья перьев.
  Mie sinun merestä kannan,
  Подниму тебя из моря,
  minne mielesi tekevi.   понесу, куда захочешь.
  Vielä muistan muunki päivän,
  Помню времена былые,
  arvoan ajan paremman,   лучший день припоминаю:
  kun ajoit Kalevan kasken,
  жёг ты Калевы подсеку.
  Osmolan salon sivallit:   Осмолы валил дубравы,
  heitit koivun kasvamahan,
  дерево стоять оставил,
100    puun sorean seisomahan   стройную одну берёзу,
  linnuille lepeämiksi,
  где бы птицы отдыхали,
  itselleni istumiksi."   где б и мне местечко было».
 
   
  Siitä vanha Väinämöinen
  Тут уж старый Вяйнямёйнен
  kohottavi kokkoansa;   поднял голову из моря,
  mies on nousevi merestä,
  выбрался из вод глубоких,
  uros aallosta ajaikse,   из волны герой поднялся,
  siiville sijoitteleikse,
  на крыло орла взобрался,
  kokon kynkkäluun nenille.   стал у основанья перьев.
 
   
  Tuop' on kokko, ilman lintu,
  Вот орёл, небесный житель,
110    kantoi vanhan Väinämöisen,   Вяйнямёйнена уносит
  viepi tuulen tietä myöten,
  по стезе ветров небесных,
  ahavan ratoa myöten   по дороге суховеев,
  Pohjan pitkähän perähän,
  в дальние пределы Похьи,
  summahan Sariolahan.   в край туманной Сариолы.
  Siihen heitti Väinämöisen,
  Здесь орёл оставил Вяйно,
  itse ilmahan kohosi.   сам поднялся в поднебесье
 
   
  Siinä itki Väinämöinen,
  Вот и плачет Вяйнямёйнен,
  siinä itki ja urisi   вот и плачет, и стенает
  rannalla merellisellä,
  здесь, на берегу у моря,
120    nimen tietämättömällä,   тут, на месте безымянном,
  sata haavoa sivulla,
  на боках его — сто ссадин,
  tuhat tuulen pieksemätä,   тыща — от ударов ветра,
  partaki pahoin kulunut,
  бороденка потрепалась,
  tukka mennyt tuuhakaksi.   волосы свалялись в космы.
 
   
  Itki yötä kaksi, kolme,
  Две-три ночи здесь проплакал,
  saman verran päiviäki;   столько же и дней, несчастный:
  eikä tiennyt tietä käyä,
  он не знал, не ведал вовсе,
  outo, matkoa osannut   по какой пойти дороге,
  palataksensa kotihin,
  чтоб домой к себе вернуться,
130    mennä maille tuttaville,   в край знакомый возвратиться,
  noille syntymäsijoille,
  в ту родимую сторонку,
  elomaillen entisille.   в прежние места родные.
 
   
  Pohjan piika pikkarainen,
  Похьи маленькая дева,
  vaimo valkeanverinen,   белокурая служанка,
  teki liiton päivän kanssa,
  так договорилась с солнцем,
  päivän kanssa, kuun keralla   с солнцем ясным и с луною:
  yhen ajan noustaksensa
  вместе утром подниматься,
  ja yhen havataksensa:   в то же время пробуждаться.
  itse ennen ennätteli,
  Пробудилась чуть пораньше,
140    ennen kuuta, aurinkoa,   до луны, до солнца встала,
  kukonki kurahtamatta,
  до того, как крикнул кочет,
  kanan lapsen laulamatta.   сын куриный кукарекнул.
 
   
  Viisi villoa keritsi,
  Пять овец остричь успела,
  kuusi lammasta savitsi,   шерсть шести уже скатала,
  villat saatteli saraksi,
  наткала сукна из шерсти,
  kaikki vatvoi vaattehiksi   из сукна одежд нашила,
  ennen päivän nousemista,
  прежде чем взошло светило,
  auringon ylenemistä.   до того, как солнце встало.
 
   
  Pesi siitä pitkät pöyät,
  Длинные столы помыла,
150    laajat lattiat lakaisi   подмела и пол широкий
  vastasella varpaisella,
  голиком из тонких прутьев,
  luutasella lehtisellä.   веником из свежих веток.
  Ammueli rikkasensa
  Замела метелкой мусор
  vaskisehen vakkasehen;   в медный кузовок красивый,
  vei ne ulos usta myöten,
  понесла его за двери,
  pellolle pihoa myöten,   по двору пошла на поле,
  perimäisen pellon päähän,
  к дальнему пределу нивы,
  alimaisen aian suuhun.   к изгороди самой крайней,
  Seisattelihe rikoille,
  там она на мусор встала.
160    kuuntelihe, kääntelihe:   Вот прислушалась, вгляделась,
  kuulevi mereltä itkun,
  услыхала плач на море,
  poikki joen juorotuksen.   громкий ропот — за рекою.
 
   
  Juosten joutuvi takaisin,
  Быстро к дому повернула,
  pian pirttihin menevi;   в дом вошла без промедленья,
  sanoi tuonne saatuansa,
  так сказала, появившись,
  toimitteli tultuansa:   так, войдя,проговорила:
  "Kuulin mie mereltä itkun,
  «Слышала я плач у моря,
  poikki joen juorotuksen."   громкий ропот — за рекою».
 
   
  Louhi, Pohjolan emäntä,
  Лоухи, Похьолы хозяйка,
170    Pohjan akka harvahammas,   редкозубая старуха,
  pian pistihe pihalle,
  выбежала на подворье,
  vierähti veräjän suuhun;   подошла к своим воротам,
  siinä korvin kuunteleikse.
  чутко уши навострила,
  Sanan virkkoi, noin nimesi:   молвила слова такие:
  "Ei ole itku lapsen itku
  «Этот плач — не плач ребенка,
  eikä vaimojen valitus;   этот плач — не жён стенанье,
  itku on partasuun urohon,
  так рыдают лишь герои,
  jouhileuan juorottama."   с бородой мужчины ропщут».
 
   
  Työnnälti venon vesille,
  Лодку на воду столкнула,
180    kolmilaian lainehille;   трехтесинную — на волны,
  itse loihe soutamahan.
  начала грести поспешно,
  Sekä souti jotta joutui:   и гребёт сама, и правит,
  souti luoksi Väinämöisen,
  к Вяйнямёйнену стремится,
  luoksi itkevän urohon.   едет к плачущему мужу.
 
   
  Siinä itki Väinämöinen,
  Плачет, стонет Вяйнямёйнен,
  urisi Uvannon sulho   Уванто жених рыдает
  pahalla pajupurolla,
  у речушки ивняковой,
  tiheällä tuomikolla:   среди зарослей черёмух,
  suu liikkui, järisi parta,
  ус дрожит, уста трясутся,
190    vaan ei leuka lonkaellut.   не дрожит лишь подбородок.
 
   
  Sanoi Pohjolan emäntä,
  Молвила хозяйка Похьи,
  puhutteli, lausutteli:   изрекла слова такие:
  "Ohoh sinua, ukko utra!
  «Ой-ой-ой, старик несчастный,
  Jo olet maalla vierahalla."   ты в края попал чужие!»
 
   
  Vaka vanha Väinämöinen
  Вековечный Вяйнямёйнен
  päätänsä kohottelevi.   голову свою приподнял,
  Sanan virkkoi, noin nimesi:
  так сказал он, так промолвил:
  "Jo ma tuon itseki tieän:   «Сам уже давно я понял,
  olen maalla vierahalla,
  что попал в края чужие,
200    tuiki tuntemattomalla.   в незнакомые пределы.
  Maallani olin parempi,   Был я дома лучше многих,
  kotonani korkeampi."   на родной земле известней».
 
   
  Louhi, Pohjolan emäntä,
  Лоухи, Похьолы хозяйка,
  sanan virkkoi, noin nimesi:   изрекла слова такие:
  "Saisiko sanoakseni,
  «Не позволишь ли спросить мне,
  oisiko lupa kysyä,   разузнать не разрешишь ли,
  mi sinä olet miehiäsi
  что за муж ты и откуда,
  ja kuka urohiasi?"   из каких героев будешь?»
 
   
  Vaka vanha Väinämöinen
  Вековечный Вяйнямёйнен
210    sanan virkkoi, noin nimesi:   так ответил, так промолвил:
  "Mainittihinpa minua,
  «Называли меня прежде,
  arveltihin aikoinansa   величали меня раньше
  illoilla iloitsijaksi,
  вечеров отрадой вечной
  joka laakson laulajaksi   и певцом долины каждой
  noilla Väinölän ahoilla,
  там, на Вяйнолы полянах,
  Kalevalan kankahilla.   на опушках Калевалы.
  Mi jo lienenki katala,
  Кем теперь я стал, несчастный,
  tuskin tunnen itsekänä."   вряд ли сам об этом знаю».
 
   
  Louhi, Pohjolan emäntä,
  Лоухи, Похьолы хозяйка,
220    sanan virkkoi, noin nimesi:   изрекла слова такие:
  "Nouse jo norosta, miesi,
  «Поднимись, герой, из дола,
  uros, uuelle uralle,   встань на новую дорогу,
  haikeasi haastamahan,
  мне печаль свою поведай,
  satuja sanelemahan!"   расскажи о злоключеньях!»
 
   
  Otti miehen itkemästä,
  Мужа умиротворила,
  urohon urisemasta;   успокоила героя,
  saattoi siitä purtehensa,
  провела его до лодки,
  istutti venon perähän.   на корму сопроводила.
  Itse airoille asettui,
  Вот сама взялась за весла,
230    soutimille suorittihe;   принялась грести усердно
  souti poikki Pohjolahan,
  в Похью, поперёк теченья.
  viepi vierahan tupahan.   Гостя в избу проводила,
 
   
  Syötteli nälästynehen,
  там героя накормила,
  kastunehen kuivaeli;   обогрела, обсушила,
  siitä viikon hierelevi,
  долго Вяйно растирала,
  hierelevi, hautelevi:   мяла, ставила примочки,
  teki miehen terveheksi,
  наконец-то исцелила,
  urohon paranneheksi.   силы мужу возвратила.
  Kysytteli, lausutteli,
  Спрашивая, говорила,
240    itse virkki, noin nimesi:   говорила, вопрошала:
  "Mitä itkit, Väinämöinen,
  «Что ж ты плакал, Вяйнямёйнен,
  uikutit, uvantolainen,   причитал, Увантолайнен,
  tuolla paikalla pahalla,
  там, на самом гиблом месте,
  rannalla meryttä vasten?"   возле моря на прибрежье?»
 
   
  Vaka vanha Väinämöinen
  Вековечный Вяйнямёйнен
  sanan virkkoi, noin nimesi:   слово молвил, так ответил:
  "Onpa syytä itkeäni,
  «Есть причина, чтобы плакать,
  vaivoja valittoani!   повод — пребывать в печали.
  Kauan oon meriä uinut,
  Долго плавал я по морю,
250    lapioinnut lainehia   разгребал руками волны
  noilla väljillä vesillä,
  на морской открытой глади,
  ulapoilla auke'illa.   на раздолье вод широких.
 
   
  "Tuota itken tuon ikäni,
  Вечно буду горько плакать,
  puhki polveni murehin,   горевать все годы жизни,
  kun ma uin omilta mailta,
  что родной оставил берег,
  tulin mailta tuttavilta   из краёв уплыл родимых
  näille ouoille oville,
  к этой двери незнакомой,
  veräjille vierahille.   к этим чуждым мне воротам.
  Kaikki täällä puut purevi,
  Ранят здесь меня деревья,
260    kaikki havut hakkoavi,   ветки хвойные кусают,
  joka koivu koikkoavi,
  каждая сечет берёза,
  joka leppä leikkoavi:   каждая ольха стегает.
  yks' on tuuli tuttuani,
  Мне знаком здесь только ветер,
  päivä ennen nähtyäni   только солнце мне родное
  näillä mailla vierahilla,
  в этих землях чужедальних,
  äkkiouoilla ovilla."   у дверей, мне не знакомых».
 
   
  Louhi, Pohjolan emäntä,
  Лоухи, Похьолы хозяйка,
  siitä tuon sanoiksi saatti:   говорит слова такие:
  "Elä itke, Väinämöinen,
  «Не печалься, Вяйнямёйнен,
270    uikuta, uvantolainen!   не горюй, Увантолайнен,
  Hyvä tääll' on ollaksesi,
  будешь здесь ты жить прекрасно,
  armas aikaellaksesi,   чувствовать себя вольготно:
  syöä lohta luotaselta,
  ешь лосося прямо с блюда,
  sivulta sianlihoa."   ешь свинины сколько хочешь».
 
   
  Silloin vanha Väinämöinen
  Вековечный Вяйнямёйнен
  itse tuon sanoiksi virkki:   сам сказал слова такие:
  "Kylkehen kyläinen syönti
  «Впрок нейдёт еда чужая
  hyvissäki vierahissa;   даже в доме хлебосольном.
  mies on maallansa parempi,
  Муж в краю родимом лучше,
280    kotonansa korkeampi.
  выше он в родимом доме.
  Soisipa sula Jumala,
  Если б дал мне Милосердный,
  antaisipa armoluoja:   коль дозволил бы Создатель
  pääsisin omille maille,
  поскорей домой вернуться,
  elomaillen entisille!   в край родимый возвратиться!
  Parempi omalla maalla
  Лучше на земле родимой
  vetonenki virsun alta,   из-под лаптя пить водицу,
  kuin on maalla vierahalla
  чем в земле чужой, немилой
  kultamaljasta metonen."   мёд — из чаши золочёной».
 
   
  Louhi, Pohjolan emäntä,
  Лоухи, Похьолы хозяйка,
290    sanan virkkoi, noin nimesi:   слово молвила, сказала:
  "Niin mitä minullen annat,
  «Что ты дашь за то в награду,
  kun saatan omille maille,   коль тебя домой доставлю,
  oman peltosi perille,
  отвезу к родному полю,
  kotisaunan saapuville?"   на тропу к родимой бане?»
 
   
  Sanoi vanha Väinämöinen:
  Молвил старый Вяйнямёйнен:
  "Mitäpä kysyt minulta,   «Что ты у меня попросишь,
  jos saatat omille maille,
  коль на родину доставишь,
  oman peltoni perille,   отвезешь к родному полю,
  oman käen kukkumille,
  где своя поет кукушка,
300    oman linnun laulamille!   где свои щебечут птички?
  Otatko kultia kypärin,
  Золота возьмешь ли меру,
  hope'ita huovallisen?"   шапку ль серебра попросишь?»
 
   
  Louhi, Pohjolan emäntä,
  Лоухи, Похьолы хозяйка,
  sanan virkkoi, noin nimesi:   слово молвила, сказала:
  "Ohoh viisas Väinämöinen,
  «Ой ты, умный Вяйнямёйнен,
  tietäjä iän-ikuinen!   прорицатель вековечный,
  En kysele kultiasi,
  мне ведь золота не надо,
  halaja hope'itasi:   серебра не надо вовсе:
  kullat on lasten kukkasia,
  золото — детей забава,
310    hopeat hevon helyjä.   серебро — краса на сбруе.
  Taiatko takoa sammon,
  Сможешь ли сковать мне сампо,
  kirjokannen kalkutella   расписную крышку сделать
  joutsenen kynän nenästä,
  из конца пера лебёдки,
  maholehmän maitosesta,   молока коровы ялой,
  yhen ohrasen jyvästä,
  из крупиночки ячменной,
  yhen uuhen villasesta,   из шерстиночки ягнячьей?
  niin annan tytön sinulle,
  Я отдам тебе девицу,
  panen neien palkastasi,   дочь свою — за то в награду,
  saatan sun omille maille,
  провожу в края родные,
320    oman linnun laulamille,    где твои щебечут птицы,
  oman kukon kuulumille,
  где петух поет родимый, —
  oman peltosi perille."   на межу родного поля».
 
   
  Vaka vanha Väinämöinen
  Вековечный Вяйнямёйнен
  sanan virkkoi, noin nimesi:   слово молвил, так ответил:
  "Taia en sampoa takoa,
  «Не смогу сковать я сампо,
  kirjokantta kirjoitella.   расписную крышку сделать.
  Saata mie omille maille:
  Отвези в края родные —
  työnnän seppo Ilmarisen,   Илмаринена пришлю я,
  joka samposi takovi,
  выкует тебе он сампо,
330    kirjokannet kalkuttavi,   смастерит любую крышку,
  neitosi lepyttelevi,
  укротит твою девицу,
  tyttäresi tyy'yttävi.   доченьку твою утешит.
 
   
  "Se on seppo sen mokoma,
  Он кузнец у нас умелый,
  ylen taitava takoja,   он искуснейший кователь:
  jok' on taivoa takonut,
  выковал когда-то небо,
  ilman kantta kalkutellut:   крышку воздуха отстукал —
  ei tunnu vasaran jälki
  молота следов не видно,
  eikä pihtien pitämät."   не найти клещей отметин».
 
   
  Louhi, Pohjolan emäntä,
  Лоухи, Похьолы хозяйка,
340    sanan virkkoi, noin nimesi:   так ответила, сказала:
  "Sille työnnän tyttäreni,
  «Дочь тому я отдала бы,
  sille lapseni lupoan,   поручила бы родную,
  joka sampuen takovi,
  кто мне выкопал бы сампо,
  kannen kirjo kirjoittavi   сделал крышку расписную
  joutsenen kynän nenästä,
  из конца пера лебедки,
  maholehmän maitosesta,   молока коровы ялой,
  yhen ohrasen jyvästä,
  из крупиночки ячменной,
  yhen uuhen untuvasta."   из шерстиночки ягнячьей».
 
   
  Pani varsan valjahisin,
  Запрягла гнедого в сани,
350    ruskean re'en etehen;   в расписные заложила,
  saattoi vanhan Väinämöisen,
  до кошевки проводила,
  istutti oron rekehen.   усадила Вяйно в сани,
  Siitä tuon sanoiksi virkki,
  на прощанье так сказала,
  itse lausui, noin nimesi:   молвила слова такие:
  "Elä päätäsi ylennä,
  «Головы не задирай ты,
  kohottele kokkoasi,   не смотри наверх, покуда
  kun ei uupune oronen,
  конь от бега не устанет
  tahi ei ilta ennättäne:   или вечер не наступит.
  josp' on päätäsi ylennät,
  Если голову поднимешь,
360    kohottelet kokkoasi,
  если ты наверх посмотришь,
  jo toki tuho tulevi,   ждет тебя твоя погибель,
  paha päivä päälle saapi."   на тебя падет несчастье».
 
   
  Siitä vanha Väinämöinen
  Вековечный Вяйнямёйнен
  löi orosen juoksemahan,   плёткою коня ударил,
  harjan liina liikkumahan.
  в путь льногривого понудил.
  Ajoa karittelevi   Вот он едет, поспешает
  pimeästä Pohjolasta,
  из владений темной Похьи,
  summasta Sariolasta.   из туманной Сариолы.


© 2010 -2018 - RusFin