Elias Lönnrot
Перевод: Эйно Киуру и Армас Мишин.
Runot        Песни

  Seitsemäsneljättä runo   Песнь тридцать седьмая
  Ilmarinen suree kuollutta
vaimoaan ja takoo
itselleen naisen kullasta.
Kultaneito on kuitenkin
kylmä.
Väinämöinen varoittaa
nuorisoa kumartamasta
kullalle.
с. 1-162. — Илмаринен долго плачет
по своей убитой супруге, затем
кует себе из золота и серебра новую
жену. С большим трудом
доделывает её, но она остается
бездыханной,
с. 163-196. — Проводит ночь в
постели со своей золотой невестой и,
проснувшись утром, чувствует, что
тот бок, который был повернут к
изваянию, очень холоден,
с. 197-250.— Хочет отдать свою
золотую невесту Вяйнямёйнену,
который, однако, отказывается от неё
и велит Илмаринену выковать из неё
другие полезные вещи или отвезти в
этом же самом виде в другие страны к
жаждущим золота женихам,


Se on seppo Ilmarinen
  Илмаринен каждый вечер
naista itki illat kaiket,
  по своей жене рыдает,
yöt itki unettomana,
  слезы льёт без сна все ночи,
päivät einehettömänä;
  без еды все дни стенает,
aamut aikaisin valitti,
  горько плачет ранним утром,
huomeniset huokaeli,
  до полудня воздыхает,
kun oli kuollut nuori nainen,
  что погибла молодая,
kaunis kalmahan katettu.
  что, красивая, угасла.
Eipä kääntynyt käessä
  Уж давно не держат руки
10    vaskinen vasaran varsi,
  ручку медную кувалды,
kuulunut pajasta kalke
  стук не слышится из кузни,
yhen kuuhuen kululla.
  не доносится весь месяц.

   
Sanoi seppo Ilmarinen:
  Слово молвил Илмаринен:
"En tieä, poloinen poika,
  «Вот теперь уж и не знаю,
miten olla, kuin eleä.
  как мне быть и что мне делать,
Istun yön eli makoan,
  не смыкаю глаз ночами, —
äijä on yötä, tunti tuhma,
  ночи длинны, время тяжко,
vaivoja, matala mahti.
  силы тают, мощь уходит.

   
"Ikävät on iltaseni,
  Вечера мои печальны,
20    apeat on aamuseni,
  горестны мои рассветы,
äsken yöllä äitelämpi,
  по ночам ещё тоскливей,
havatessa haikeampi.
  по утрам ещё грустнее.
Ei ole iltoja ikävä,
  Не об этих днях печалюсь,
ei apea aamujani,
  об утрах не этих плачу,
mure muita aikojani:
  не о днях былых скучаю,
ihanaistani ikävä,
  о красавице тоскую,
apeainen armastani,
  о своей супруге плачу,
mure mustakulmaistani.
  о подруге чернобровой.

   
"Jo vainen iällä tällä
  В этом возрасте цветущем,
30    use'in minun utuisen
  очень часто, горемычный,
keskiöisissä unissa
  я во сне средь тёмной ночи
koura tyhjeä kokevi,
  пустоту ловлю руками,
käsi vaalivi valetta
  призрак трогаю ладонью
kupehelta kummaltaki."
  по бокам своим обоим».

   
Seppo naisetta elävi,
  Без жены живёт кователь,
puolisotta vanhenevi.
  без супруги увядает.
Itki kuuta kaksi, kolme.
  Месяц, два и три рыдает,
Niinpä kuulla neljännellä
  вот когда пошёл четвертый,
poimi kultia mereltä,
  золота приносит с моря,
40    hope'ita lainehilta;
  серебра — с волны высокой.
keräsi kekosen puita,
  Нарубил в лесу деревьев,
kolmekymmentä rekoista;
  целых три десятка дровен,
puunsa poltti hiililöiksi,
  пережёг деревья в уголь,
hiilet ahjohon ajeli.
  уголь весь в очаг засыпал.

   
Otti noita kultiansa,
  Золота берет кователь,
valitsi hope'itansa
  серебра — совсем немного,
sykysyisen uuhen verran,
  лишь — с осеннюю овечку,
verran talvisen jäniksen.
  только с зимнего зайчонка,
Työnti kullat kuumentohon,
  сунул золото в горнило,
50    ajoi ahjohon hopeat,
  серебро насыпал в пламя,
pani orjat lietsomahan,
  сам рабов к мехам поставил,
palkkalaiset painamahan.
  к поддувалу — люд наёмный

   
Orjat lietsoi löyhytteli,
  Вот рабы вовсю качают,
palkkalaiset painatteli
  сильно пламя раздувают,
kintahattomin kätösin,
  сняли с рук свои голицы*,
hatuttoman hartioisen.
  куккели* с голов сорвали.
Itse seppo Ilmarinen
  Сам кователь Илмаринен
ahjoa kohentelevi,
  пошевеливает угли,
pyyti kullaista kuvaista,
  ждёт серебряную деву,
60    hope'ista morsianta.
  изваянье золотое.

   
Ei orjat hyvästi lietso
  Трудятся рабы неважно,
eikä paina palkkalaiset.
  батраки качают скверно.
Se on seppo Ilmarinen
  Тут кователь Илмаринен
itse löihe lietsomahan.
  сам качать мехи* берётся.
Lietsahutti kerran, kaksi,
  Раз и два качнул легонько,
niin kerralla kolmannella
  в третий раз качнул сильнее,
katsoi ahjonsa alusta,
  заглянул кузнец в горнило,
lietsehensä liepehiä,
  посмотрел в огонь кователь:
mitä ahjosta ajaikse,
  что появится из горна,
70    tungeikse tulisijasta.
  что из пламени возникнет?

   
Uuhi ahjosta ajaikse,
  Из огня овца выходит,
lähetäikse lietsehestä,
  выбирается из горна,
karva kulta, toinen vaski,
  с мягкой шерстью серебристой,
kolmas on hopeakarva.
  с шерсткой медной, золотистой.
Muut tuota ihastelevi,
  От овечки все в восторге,
ei ihastu Ilmarinen.
  не в восторге Илмаринен.

   
Sanoi seppo Ilmarinen:
  Илмаринен так промолвил:
"Se susi sinuista toivoi!
  «Чтоб тебя задрали волки!
Toivon kullaista sopua,
  Где невеста золотая,
80    hope'ista puolisoa."
  где серебряная дева?»

   
Siitä seppo Ilmarinen
  Тут кователь Илмаринен
uuhen työntävi tulehen.
  возвратил овечку в пламя,
Liitti kultia lisäksi,
  золота в огонь добавил,
hope'ita täytteheksi,
  серебра туда подбросил,
pani orjat lietsomahan,
  вновь рабов качать заставил,
palkkalaiset painamahan.
  раздувать огонь, наёмных.

   
Orjat lietsoi löyhytteli,
  Вот рабы вовсю качают,
palkkalaiset painatteli
  сильно пламя раздувают, —
kintahattomin kätösin,
  сняли с рук свои голицы,
90    hatuttoman hartioisen.
  куккели с голов сорвали.
Itse seppo Ilmarinen
  Сам кователь Илмаринен
ahjoa kohentelevi,
  поправляет угли в горне,
pyyti kullaista kuvoa,
  ждёт серебряную деву,
hope'ista morsianta.
  золотое изваянье.

   
Ei orjat hyvästi lietso
  Трудятся рабы неважно,
eikä paina palkkalaiset.
  батраки качают скверно.
Se on seppo Ilmarinen
  Вот кователь Илмаринен
itse loihe lietsomahan.
  сам качать мехи принялся.
Lietsahutti kerran, kaksi,
  Раз и два качнул легонько,
100    niin kerralla kolmannella
  в третий раз качнул сильнее,
katsoi ahjonsa alusta,
  заглянул кузнец в горнило,
lietsehensä liepehiä,
  посмотрел в огонь кователь:
mitä ahjosta ajaikse,
  что появится из горна,
lähetäikse lietsehestä.
  что из пламени возникнет?

   
Varsa ahjosta ajaikse,
  Появился конь из горна,
lähetäikse lietsehestä,
  жеребёнок — из горнила,
harja kulta, pää hopea,
  златоглавый, среброглавый,
kaikki vaskesta kaviot.
  резвый конь меднокопытный.
Muut tuota hyvin ihastui,
  От коня в восторге каждый,
110    ei ihastu Ilmarinen.
  не в восторге Илмаринен.

   
Sanoi seppo Ilmarinen:
  Илмаринен так промолвил:
"Se susi sinuista toivoi!
  «Чтоб тебя задрали волки!
Toivon kullaista sopua,
  Где невеста золотая,
hope'ista puolisoa."
  где серебряная дева?»

   
Siitä seppo Ilmarinen
  Тут кователь Илмаринен
varsan työntävi tulehen.
  сунул жеребёнка в пламя,
Liitti kultia lisäksi,
  золота в огонь добавил,
hope'ita täytteheksi,
  серебра ещё подбросил,
pani orjat lietsomahan,
  вновь рабов качать заставил,
120    palkkalaiset painamahan.
  раздувать огонь, наёмных.

   
Orjat lietsoi löyhytteli,
  Вот рабы вовсю качают,
palkkalaiset painatteli
  сильно пламя раздувают,
kintahattomin kätösin,
  сняли с рук свои голицы,
hatuttoman hartioisen.
  куккели с голов сорвали.

   
Itse seppo Ilmarinen
  Сам кователь Илмаринен
ahjoa kohentelevi,
  поправляет угли в горне,
pyyti kullaista kuvoa,
  ждёт серебряную деву,
hope'ista morsianta.
  изваянье золотое.

   
Ei orjat hyvästi lietso
  Трудятся рабы неважно,
130    eikä paina palkkalaiset.
  батраки качают скверно.
Se on seppo Ilmarinen
  Вот кователь Илмаринен
itse loihe lietsomahan.
  сам качать мехи берётся.
Lietsahutti kerran, kaksi,
  Раз и два качнул легонько,
niin kerralla kolmannella
  в третий раз качнул сильнее,
katsoi ahjonsa alusta,
  заглянул кузнец в горнило,
lietsehensä liepehiä,
  посмотрел в огонь кователь:
mitä ahjosta ajaikse,
  что появится из горна,
lähetäikse lietsehestä.
  что из пламени возникнет?

   
Neiti ahjosta ajaikse,
  Дева из огня явилась,
140    kultaletti lietsehestä,
  златокосая — из горна,
pää hopea, kassa kulta,
  среброглавая красотка,
varsi kaikki kaunokainen.
  телом стройная девица.
Muut tuota pahoin pelästyi,
  Все ужасно испугались,
ei pelästy Ilmarinen.
  лишь кузнец не испугался.

   
Siitä seppo Ilmarinen
  Знай кует себе кователь
takoi kullaista kuvoa,
  золотое изваянье.
takoi yön levähtämättä,
  Ночь ковал без передышки,
päivän pouahuttamatta.
  день ковал без перерыва.
Jalat laati neitoselle,
  Выковал красотке ноги,
150    jalat laati, käet kuvasi:
  сделал ноги, руки сделал,
eipä jalka nousekana,
  лишь ходить не могут ноги,
käänny käet syleilemähän.
  обнимать не могут руки.

   
Takoi korvat neiollensa:
  Выковал девице уши,
eipä korvat kuulekana.
  только уши те не слышат.
Niin sovitti suun sorean,
  Вылепил уста красиво,
suun sorean, sirkut silmät.
  зоркие глаза приладил,
Saanut ei sanoa suuhun
  речь в уста вложить не может,
eikä silmähän suloa.
  нежность дать глазам красивым.

   
Sanoi seppo Ilmarinen:
  Вымолвил тогда кователь:
160    "Oisi tuo sorea neito,
  «Вот красавица была бы,
kun oisi sanallisena,
  если б говорить умела,
mielellisnä, kielellisnä." 
  языком — умом владела!»

   
Saattoi siitä neitosensa
  Проводил свою невесту
utuisehen uutimehen,
  за туманную завесу,
pehme'ille pääaloille,
  на пуховые подушки,
sulkkuisille vuotehille.
  шёлковые покрывала.

   
Siitä seppo Ilmarinen
  Вот кователь Илмаринен
lämmitti kylyn utuisen,
  натопил парную баню,
laati saunan saipuaisen;
  мыльную купель устроил,
170    vastat varpaiset varusti,
  пышных веников наделал,
vettä kolme korvollista,
  воду в три налил ушата,
jolla peiponen peseikse,
  чтобы зяблику помыться,
pulmunen puhasteleikse
  пуночке ополоснуться,
noista kullan kuonasista.
  счистить шлаки золотые.

   
Kylpi seppo kyllitellen,
  Парился кователь вволю,
valelihe vallotellen.
  воду лил кузнец в избытке.
Neien vierehen venähti
  К девушке под бок улёгся
utuisehen uutimehen,
  под туманный лёгкий полог,
teltahan teräksisehen,
  под навес шатра стального,
180    rankisehen rautaisehen.
  под железное укрытье.

   
Siinä seppo Ilmarinen
  Вот кователь Илмаринен
heti yönä ensimäisnä
  очень скоро, ночью первой,
kyllä peitettä kysyvi,
  захотел теплей укрыться,
vaippoja varustelevi,
  одеял принёс немало:
kahet, kolmet karhuntaljat,
  две и три медвежьи шкуры,
viiet, kuuet villavaipat,
  пять и шесть платков из шерсти,
maata kera puolisonsa,
  чтоб лежать в тепле с супругой,
tuon on kultaisen kuvansa.
  с золотой своею девой.

   
Se oli kylki kyllä lämmin,
  Бок один лишь согревался,
190    ku oli vasten vaippojansa;
  что укрыт был одеялом.
ku oli nuorta neittä vasten,
  Тот, что к деве был повернут,
vasten kullaista kuvoa,
  к золотой прижат невесте,
se oli kylki kylmimässä,
  холоднее становился,
oli hyyksi hyytymässä,
  застывал ледовой глыбой,
meren jääksi jäätymässä,
  замерзал морскою льдиной,
kiveksi kovoamassa. 
  становился твёрдым камнем.

   
Sanoi seppo Ilmarinen:
  Так заметил Илмаринен:
"Ei tämä hyvä minulle!
  «Не по мне такая дева!
Vienen neien Väinölähän
  В Вяйнолу свезу девицу,
200    Väinämöiselle varaksi,
  пусть опорой Вяйно станет,
polviseksi puolisoksi,
  вековечною супругой,
kainaloiseksi kanaksi."
  курочкой ему под мышку».

   
Viepi neien Väinölähän.
  Он повез невесту к Вяйно.
Sitte sinne tultuansa
  А когда к нему приехал,
sanan virkkoi, noin nimesi:
  слово молвил, так заметил:
"Oi sie vanha Väinämöinen!
  «Ой ты, старый Вяйнямёйнен!
Tuossa on sinulle tyttö,
  Вот хорошая невеста,
neiti kaunis katsannolta,
  с виду девушка прекрасна,
eik' ole suuri suun piolta,
  языком болтать не будет,
210    kovin leuoilta leveä."
  лишнего не скажет слова».

   
Vaka vanha Väinämöinen
  Вековечный Вяйнямёйнен
katsahti kuvoa tuota,
  посмотрел на изваянье,
luopi silmät kullan päälle.
  на девицу золотую.
Sanan virkkoi, noin nimesi:
  Так промолвил, так заметил
"Miksi toit minulle tuota,
  «Для чего ты мне доставил
tuota kullan kummitusta?"
  эту куклу золотую?»

   
Sanoi seppo Ilmarinen:
  Вымолвил тогда кователь:
"Miksi muuksi kuin hyväksi!
  «Для чего ж, как не для блага!
Polviseksi puolisoksi,
  Будет вечною супругой,
220    kainaloiseksi kanaksi."
  курочкой твоей любимой!»

   
Sanoi vanha Väinämöinen:
  Молвил старый Вяйнемёйнен:
"Oi on seppo veikkoseni!
  «Ой, кузнец, любезный братец.
Tunge neitosi tulehen,
  Брось в огонь свою девицу,
tao kaikiksi kaluiksi,
  из неё накуй поделок
tahi vie Venäehelle,
  или унеси в Россию,
saata Saksahan kuvasi
  в Саксу увези девицу,
rikkahien riian naia,
  пусть богатые дерутся,
suurien soan kosia!
  знатные пускай воюют.
Ei sovi minun su'ulle,
  Роду моему не нужно,
230    ei minullen itselleni
  самому совсем негоже
naista kullaista kosia,
  сватать куклу золотую,
hope'ista huolitella."
  жить с серебряной супругой».

   
Siitä kielti Väinämöinen,
  Наказал тогда же Вяйно,
epäsi suvannon sulho,
  запретил жених потока
kielti kansan kasvavaisen,
  молодому поколенью,
epäsi yleneväisen
  подрастающему люду,
kullalle kumartamasta,
  золоту поклоны делать,
hopealle horjumasta.
  перед серебром склоняться.
Sanovi sanalla tuolla,
  Произнёс слова такие,
240    lausui tuolla lausehella:
  так промолвил, так заметил:
"Elkätte, pojat poloiset,
  «Ой вы, юноши-бедняги,
vasta kasvavat urohot,
  вы, герои молодые,
ollette elonkeraiset
  из домов богатых парни,
elikkä elottomatki,
  женихи избушек бедных,
sinä ilmoisna ikänä,
  никогда не надо в жизни,
kuuna kullan valkeana
  есть пока на небе месяц,
naista kullaista kosiko,
  сватать куклу золотую,
hope'ista huolitelko!
  жить с серебряной супругой!
Kylmän kulta kuumottavi,
  Пышет золото морозом,
250    vilun huohtavi hopea."   стужей серебро сверкает!»


© 2010 -2018 - RusFin